В 2005 году в докладе Совета национальной безопасности США предсказывалось, что Иран сможет производить достаточное количество урана для военных целей лишь в "начале или середине следующего десятилетия". На прошлой неделе Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ) сообщило, что в Иране имеется 1312 действующих центрифуг – в прошлом году их было всего 164 – а в течение ближайшего месяца их число, возможно, увеличится до 3000. Этого достаточно, чтобы ежегодно производить объем урана, которого хватит на одну бомбу. ЦРУ опять село в лужу.
По-видимому, МАГАТЭ недооценивает потенциальные темпы развития иранской атомной промышленности: если иранцы и дальше будут с такой же скоростью наращивать мощности, то к декабрю у них будет 8000 центрифуг – достаточно, чтобы годового объема обогащенного урана хватило на несколько бомб. В докладе МАГАТЭ также отмечено, что "Иран не согласился пойти ни на одну из надлежащих мер по обеспечению прозрачности", осуществления которых требует эта международная организация, надзирающая за атомной промышленностью. Следовательно, пора отбросить иллюзию, что мы можем спокойно, не торопясь, разбираться с ядерным досье Ирана на дипломатическом уровне. Отныне время работает на Махмуда Ахмадинежада.

Но если посмотреть, что делает администрация Буша, о серьезности ситуации и не догадаешься. "Мы будем совместно с нашими европейскими партнерами работать над новыми санкциями", – заявил в четверг Буш, хотя, по мнению наших источников, до саммита "восьмерки", который состоится в Германии в июне, США вряд ли даже подготовят список новых санкций. И как знать, сколько еще недель пройдет, прежде чем в ООН будет достигнуто единство по новой резолюции.

Итак, Иран уже девять месяцев практически нарушает обязательную к выполнению резолюцию ООН, требующую от него приостановки обогащения урана. Самое большее, о чем удалось договориться членам Совета Безопасности, это наложить узкие санкции на горстку граждан Ирана и несколько иранских компаний, о которых известно, что они непосредственно причастны к ядерной программе или разработке баллистических ракет в Иране. Поскольку ни Россия, ни Китай не настроены взывать к совести Ирана и уж тем более налагать на него эффективный комплекс санкций, не ждите от ООН больших достижений.

Госдепартамент также открыто стремится найти способы для того, чтобы непосредственно вовлечь Иран в диалог по дипломатическим каналам. Госсекретарь Кондолиза Райс в начале мая попыталась провести консультации с министром иностранных дел Ирана на региональном саммите в Египте. Ее усилия презрительно проигнорировали. Если говорить о неправительственных каналах, то гражданка Ирана и США эксперт Хале Эсфандиари, много лет пытавшаяся навести мосты с тегеранскими "умеренными", заключена властями в тюрьму. Та же судьба постигла Киана Таджбахша из соросовского Института "Открытое Общество".

Однако Госдепартамент продолжает свой сизифов труд: вчера посол США в Багдаде Райан Крокер встречался с послом Ирана. По словам Крокера, они пришли к согласию по вопросу "политики" в отношении Ирака, а глава иранского МИДа Манушер Моттаки, со своей стороны, заметил: "Мы очень надеемся, что реалистичный подход Вашингтона к нынешним проблемам Ирака, который выразится в признании неудачи его политики в Ираке и регионе и практическом проявлении решимости изменить политику, гарантирует успех переговоров и возможность их ведения в дальнейшем". Это успокаивает, не правда ли?

Между тем глава МАГАТЭ Мухаммед аль-Барадеи полагает, что требование Совета Безопасности о приостановке Ираном обогащения урана уже не актуально, так как "события его опередили", и что от Ирана надо требовать всего лишь сохранения объемов обогащения на нынешнем уровне. Аль-Барадеи прав в том, что старания не допустить в Иран технологии, необходимые для практического осуществления программы обогащения урана, теперь бесполезны.

Менее убедительным представляется его идея, что Иран следует вознаградить, позволив ему сохранить достигнутое в сфере ядерной промышленности, хотя эти успехи сопряжены с обманом МАГАТЭ и игнорированием более ранних резолюций Совета Безопасности. Напротив, во всех будущих резолюциях от Ирана следует требовать демонтажа установок по обогащению урана, хотя тегеранский режим вряд ли станет считаться с каким бы то ни было решением ООН.

Есть ли более перспективные варианты? Мы обратили внимание, что Иран импортирует почти половину необходимого ему бензина, причем значительную часть – через Объединенные Арабские Эмираты. Канцлер Германии Ангела Меркель и новый французский президент Николя Саркози могли бы доказать свою верность НАТО, отменив экспортные гарантии (в общей сложности на 8 млрд долл) компаниям, которые торгуют с Ираном. Можно подумать и о "точечных" финансовых санкциях по отношению к ключевым деятелям режима (например, плутократ аяттола Акбар Хашеми Рафсанджани), а также об оказании денежной помощи профсоюзам и диссидентским организациям. Три американских авианосца, недавно прошедшие среди бела дня через Ормузский пролив, также напоминают Тегерану, что мы способны применить против ядерной угрозы силу, если все другие попытки не увенчаются успехом.

Все эти шаги рискованны, но риск несравним с риском существования ядерного Ирана, который, укрепив свои позиции, будет разжигать нестабильность в Афганистане, Ираке и Ливане, ничуть не опасаясь ответных мер Америки. Если вам не нравится, что творится на Ближнем Востоке сегодня, подождите, пока самый фанатичный режим региона обзаведется самым ужасным на свете оружием.
Inopressa