Продолжаю, дорогие читатели, делиться с вами своими новыми впечатлениями о буднях кыргызской жизни После года обучения в США я смотрю на всё происходящее в моём родном Кыргызстане несколько иначе. Предлагаю и вам взглянуть на кыргызскую жизнь через мои новые американские очки.
Экономная традиция: младшему жить с родителями
Большинство бишкекской молодежи живет с родителями, братьями и сестрами. Такое решение жилищного вопроса оправдывают традициями и уважением к родителям. Конечно, легче придумать традицию о том, что младший сын должен жить с родителями, чем попытаться решить проблему жилья, ведь снять самую дешевую квартиру в Бишкеке обойдется в $150, в то время как средняя зарплата в Кыргызстане на конец 2007 года, по ожиданиям властей, составит 3 тыс. 711 сомов (около $100).
Еще год назад, глядя на моих бишкекских ровесников, мне казалось такой роскошью не платить за квартиру и приходить к «себе» домой. Но сегодня я убеждена в том, что жить с родителями – это всё равно, что признаться в собственной незрелости и неплатежеспособности. Влияние ли это западных фильмов или это у меня самой в крови, но житье большим семейством мне всегда напоминало жизнь в стаде (только человеческом), в котором выжить легче.
Из-за менталитета ли или из-за бедности, но понятия личного пространства у многих кыргызов просто нет. А ведь, сколько возникает трений в семье из-за совместного проживания родителей с детьми. Излишний родительский контроль, невозможность наладить личную жизнь, разный подход к решению бытовых проблем – это и многие другие конфликтные моменты превращают совместную жизнь людей разных поколений в испытание, а порой и муку. Даже бишкекская молодежь, не говоря уже о сельской, несвободна в своих действиях и ограничена в праве на частную жизнь. Элементарно парню с девушкой негде побыть наедине. А тем, у кого есть отдельная жилплощадь ещё до брака, повезло либо с мозгами и работой, либо с зажиточными и понимающими родителями.
У подавляющего большинства жителей Бишкека есть сельские родственники. К кому-то родственники приезжают редко, к кому-то часто. Я уверена, что ко всем они хоть раз приезжали погостить на несколько дней. Бывает, что и без предварительного уведомления. Во времена кочевья даже незнакомого путника принято было встречать как долгожданного гостя. Это хорошо. Но если вдуматься, ведь такое гостеприимство было продиктовано необходимостью выживания. Впустишь к себе путника, уставшего от дальней дороги, а через какое-то время сам оказываешься в такой же ситуации, и тебе открывают дверь и предоставляют ночлег.
На западе, в сытой Европе или Штатах, жизнь перестала быть выживанием, и почти каждый там может оплачивать свой угол. Так сложилось, что в моей стране неплохого среднего, по местным понятиям, дохода не хватит снять квартиру и купить достаточно продуктов, не говоря о других потребностях. Поэтому у многих даже в мыслях нет жить одному. Вы скажете, что и в Америке студенты живут в маленьких тесных общагах по 2-3 человека в комнате или дома с родителями. Но ведь то – студенты. Мало, какой 25-летний парень или девушка там живут с мамой и папой.
Стиль советской женщины
«Встречают по одежке, а провожают по уму», гласит русская пословица. Иной раз «одежка» столь нелепа, что насчёт внутреннего содержания возникают сомнения. Я и раньше слышала ироничные заметки иностранцев о «стиле советской женщины», но, съездив в Штаты, поняла, о чем идет речь.
«Стиль советской женщины» - это полное непонимание куда что уместно одеть; это когда вместо костюма – костюмчик, вместо платья – платьишко, а вместо лица – макияжище. Впервые термин «стиль советской женщины» я услышала из уст одного американского преподавателя. Проходя мимо какого-то бутика, мы увидели манекен, наряженный в обтягивающее короткое леопардовое платье. «Это так по-советски!», - восторженно воскликнул преподаватель.
В Америке проживает великое множество эмигрантов, но девушек с постсоветского пространства не спутаешь ни с кем. На сайте знакомств, где у среднестатистической американской женщины скромные фото в толпе друзей, представительницы СНГ на своих фото стоят, опершись о стену бедром и бросая томный взгляд куда-то вдаль. Особенно модным является фото на машине – когда девушка невзначай полулежит на капоте чужого автомобиля. Другой «хит» – поза в обнимку с памятником.
Вечерний макияж днем, большое количество украшений, полфлакона лака на волосах, обтягивающая одежда, короткие юбки и дешевые сумки под «Versace» - примерно так выглядят туристки из постсоветских стран. Отчего такое дикое желание выглядеть ярко? Может, это массовый выплеск сексуальности после многолетнего запрета на секс в Советском Союзе? Но Союз распался 16 лет назад, а молодые девушки, не жившие в советские времена, всё ещё следуют примеру своих предшественниц.
В Штатах на всех молодежных каналах в клипах красуются полуголые девушки, с огромными серьгами и на высоченных шпильках. Но это не толкает американских женщин выглядеть также в повседневной жизни. На работу они одеваются строго и консервативно, в свободное время – очень просто, на вечеринку – нарядно. Советские же женщины готовы и на базар пойти в вечернем платье. Когда я вернулась в Кыргызстан, найти строгий костюм без оборок и цветов оказалось проблемой. Все пиджаки короткие, и на них не предусмотрена пуговица, закрывающая пупок. Как известно, спрос порождает предложение, следовательно, это и есть деловой костюм в понятии женщин Кыргызстана.
Условия Бишкека очень неблагоприятны для хождения на каблуках, но абсолютное большинство женщин здесь на шпильках и летом, и зимой. В маршрутках можно увидеть ноги в золотых, розовых, серебряных, на завязках, с цветами туфлях. На дорогах, где асфальт порой отсутствует, наши женщины на высоких каблуках перепрыгивают лужи, обходят грязь и перешагивают мусор. Кыргызские женщины любят, чтобы сумка по цвету гармонировала с обувью, поэтому с золотыми туфлями всюду блистают и золотые сумки. На сумках обычно много бляшек, ленточек, инкрустаций. Блеска на туфлях и сумке не всегда достаточно, поэтому у нас всегда в моде кофточки со стразами, бисером, и цветными аппликациями. Один парень объяснил мне причину яркости наших женщин: «Если девушка наденет вечернее платье и нарядные туфли в ресторан, ее увидят 20 человек, а если она будет в таком виде идти по улице, ее заметит весь город».
Мне кажется, что одна из причин того, что у нас так мало женщин, управляющих фирмами, занимающихся политикой, ведущих свой бизнес, кроется в том, что на карьеру у наших женщин просто не остается времени. Одна моя подруга сказала, что ее мама без макияжа и прически даже мусор не пойдет выбрасывать. При этом ее мама не работает уже много лет. А когда такие женщины все же решаются выйти в свет, они предстают миру во всей красе. Таким образом, время, которое можно посвятить своему внутреннему развитию, уходит на закручивание бигуди и покорение толпы на улице.
Палата «Кыргызстан»
Состояние системы здравоохранения может многое рассказать о здоровье страны. У любой страны есть свои болячки: это могут быть царапины и насморк, а могут быть и гнойные язвы, хронический бронхит и даже рак. Состояние Кыргызстана хорошо не изучено, но здесь явно не все в порядке.
В Кыргызской Республике расходы на здравоохранение на душу населения составляют $145 в год. Государственные больницы стали похожи на лазареты, после операции разрешают прилечь на кушетке в предбаннике операционной, так как нет свободных мест.
Множество людей ежедневно приезжают в столицу из разных уголков нашей страны. Больные сельчане с раннего утра сидят в очереди в поликлиниках. Стульев вдоль стен хватает лишь на нескольких человек, и часами люди стоят в духоте, держа в руке направление и пятисомовый талон. Бабушки с почерневшими морщинистыми лицами, в нарядных платках по случаю приезда в город, дедушки в чапанах (мужской халат в ЦА – прим. автора) и галошах, загорелые дети на коленях молодых, но уже измученных мамаш. Жара, болезни и многочасовое ожидание сделали выражение лиц людей опустошенным.
Получилось так, что по приезде в Кыргызстан мне нужно было сделать несложную операцию на носу. Пройдя все анализы, я пошла к самому опытному ЛОР (ухо/горло/нос) хирургу страны, встала в «живую» очередь и, как все, стала ждать своего часа. Пошарканный деревянный пол, голубые стены, весь коридор тускло освещает одинокая лампочка, хромые перевязанные больные с одинаковыми шаркающими походками – все это создает атмосферу лазарета. Не прошло и 3 часа, как я попала в кабинет врача.
В Кыргызстане даже у самого лучшего хирурга нет ассистента и организованного графика. Отпросившись на работе на операцию, я не знала, сделают ли мне ее или нет. Я осталась ждать в коридоре перед операционной. Негде сесть, и уставшие люди кто сидит на корточках, кто стоит, опершись о стену. После стерильной чистоты и уюта больниц в США отечественное медицинское учреждение кажется мне африканским гетто, где нет таких понятий, как комфорт и сервис.
Вот в очередной раз выглянула из операционной медсестра и опять не сказала, будут ли мне сегодня делать операцию или нет. Она не знает, и сам профессор не знает. Нет стульев, тускло в коридоре и тускло на душе, люди ждут и я вместе с ними. В данный момент я ближе к народу, мне передаются их чувства, и это подавляет. Но ведь и бедные радуются? Конечно, когда у них праздники, например, свадьба. А какая в бедном селе свадьба? Воруют невесту и празднуют насилие еще над одним человеком. И еще у одной девушки убили капельку души. Вот так и учат смиряться. Может, поэтому у сельчан такая выдержка? Может, поэтому они так терпеливо ждут?
Помню, как-то один знакомый студент – житель Бишкека, сказал: «Сельским жителям и так хорошо. Это городским, кто что-то видел в жизни и привык к комфорту, вечно что-то надо, а им и так хорошо». Но ведь все хотят быть здоровыми и сытыми. Неужели, если эти бедные люди не видели американского сервиса, им хорошо и от кыргызского? Неужели, они счастливы? Нет, у людей, которые сидят радом на корточках, слишком грустные лица. Многие встали и ушли. Значит, не безграничное терпение у людей, значит, знают, что не должно быть так, и может быть лучше.
Наконец, мне сделали операцию. Медсестры положили меня на кушетку в предбаннике операционной и взяли 200 сомов (около $6), как они сказали, на расходные материалы. Нос болел, хотелось уснуть, чтобы не чувствовать физической боли и душевной досады от всего происходящего вокруг. Мой нос заживет, и боли больше не будет. Я знаю, что через какое-то время и психологический дискомфорт пройдёт. Я адаптируюсь к своему родному обществу и научусь тихому терпению. Хотя стоит ли терпеть? Может, нужно попробовать лечить источник боли? Думаю, что нам всем нужно исцелять нашу страну и, причем, скорее.

Регина Бердыбаева